"""Раннер проверок проекта: один запуск, один вердикт. Зачем. Единого раннера в проекте не было: 77 файлов в `tests/` — самостоятельные скрипты, и запускать их приходилось по одному (в инструкции AGENTS.md так и написано). Из-за этого «прогнать проверки» на практике значило «прогнать те, которые вспомнил», и часть проверок не запускалась месяцами. Что делает: * запускает каждый файл ОТДЕЛЬНЫМ процессом (у проверок свои фикстуры и свои коды возврата) с ограничением времени; * печатает вердикт по каждой и итог, а в конце — строку для отчёта; * делит проверки на группы, потому что не все они равны по требованиям: `core` — ядро индекса, чужие проекты и сервисы не нужны (по умолчанию); `external` — нужны другие корпуса на этой машине (z.batteryservice.ru, SagaAI, RDP-Diagnostic-Tool и т.п.); `service` — нужен запущенный сервис (админ-панель, MCP по HTTP, Joern, модель эмбеддингов, видеокарта); `all` — всё подряд (может включать заведомо красные проверки чужих проектов — см. `--list`). Почему группы заданы списком, а не «угаданы» по имени файла: угадывание ошибается молча (проверка попадёт в `core`, потребует чужой корпус и упадёт по чужой причине). Список видно в `--list`, и его можно поправить одной строкой. Границы: раннер НЕ заменяет `tools/Invoke-ProjectDoctrine.ps1` (чекер конвенций по исходникам) — он запускает проверки `tests/`. Для полного вердикта нужно и то, и другое; в конце раннер об этом напоминает. """ from __future__ import annotations import argparse import os import re import shutil import subprocess import sys import time from pathlib import Path ROOT = Path(__file__).resolve().parents[1] PYTHON = sys.executable #: Ядро: проверки, которым не нужны ни другие проекты, ни запущенные сервисы. CORE = [ "test_lang_routing.py", "test_generic_extract.py", "test_inheritance.py", "test_cpg_call_names.py", "test_graph_algo.py", "test_capability_consistency.py", "test_text_from_index.py", "test_dedupe.py", "test_ensure.py", "test_mcp.py", "test_mcp_compat.py", "test_access_live.py", "test_mcp_http.py", "test_db_index.py", "test_db_marks.py", "test_db_cross.py", # Enterprise: сверка замысла и кода по FQN (contract-drift). Набор # герметичен: песочный корпус строится сам, векторы и CPG выключены, # чужой индекс сверяется по sha256 до и после вызова. "test_contracts.py", # Штатный перезапуск MCP-сервера: реестр PID, статус и restart. Набор # песочный (реестр в .ragraf/tmp) и не трогает живой реестр корпуса. "test_server_control.py", "test_cli_ops_dispatch.py", "test_task_stats.py", "test_telemetry_facts.py", "test_catalog_state.py", "test_budget_stage.py", "test_evidence_lines.py", "test_structure_p1.py", "test_polyglot_p13.py", "test_p2_features.py", "test_docrole.py", "test_exclude_defaults.py", "test_auto_thresholds.py", "test_audit_report.py", "test_dedupe_prompt.py", # Проверки ядра, которым не нужны ни чужие корпуса, ни сервисы. "test_cli_agent_env.py", "test_codes_in_index.py", "test_csharp_records.py", "test_dedupe_stability.py", "test_doc_role_index.py", "test_drift_e2e.py", "test_exclude_configs.py", "test_excludes_summary.py", "test_init_project.py", "test_mcp_agent.py", "test_node_accounting.py", "test_ragraf_interpreter.py", "test_ragraf_mode.py", "test_script_extract.py", "test_signature_cut.py", "test_doc_layer.py", "test_doc_layer_office.py", "test_doc_layer_data.py", "test_doc_layer_archive.py", "test_doc_layer_mass.py", # X1, 09.11.2026: провенанс документа и вывода (версии, интервалы, рёбра # деривации). Набор герметичен (песочный корпус в %TEMP%, векторы выключены) # и проверяет то, что нельзя увидеть чтением: редакция на дату, скрытие # заменённой, транзитивный обход с outside_cap и чистку при ротации. "test_provenance.py", # X3, 09.11.2026: якоря замысла в комментариях (объявление модулей и # контрактов рядом с кодом). Набор герметичен (песочный корпус в %TEMP%, # векторы выключены) и проверяет то, ради чего блок 2 затевался: разметка # проверяема (закрытые ключи, адрес файл:строка), манифест главнее якоря, # а source=manifest не читает якоря вовсе. "test_contracts_anchors.py", # X4, 09.11.2026: кейсы поведения (шаги, запрет обхода, пин ревизии) # и парный прогон по кейсам. Набор герметичен: песочный корпус в # %TEMP%, векторы выключены, журнал и состояние гейта свои. "test_quality_cases.py", # X5, 09.11.2026: подготовка корпуса к индексации (preflight: время, # слепые зоны, готовность) и единый текст отказа. Набор герметичен: # песочный каталог в %TEMP%, индекс строится только для проверки отказа. "test_preflight.py", "test_contract_pin.py", # X19: итог выпуска — вердикт, код и три представления одного состояния. # Набор не запускает полный гейт (он собирает поставку и портит её пять раз); # проверяется представление: state → строки / markdown / JSON. "test_release_gate.py", # X7: трассы подтверждённых сбоев. Набор песочный: свой журнал в %TEMP%, # живой индекс не открывается. "test_quality_traces.py", "test_telemetry_agent.py", "test_threshold.py", "test_watch.py", "test_state_isolation.py", # Этап 9: политика хранения. Набор герметичен (песочный корпус в %TEMP%, # векторы выключены, 27 с), поэтому идёт в ядро: удаление данных — это # то, что нельзя проверять «когда-нибудь потом». "test_storage_policy.py", # Этап 11: числа в документах. Набор был вне ВСЕХ групп, поэтому его краснота # никого не останавливала: он падал на неполной песочнице (не копировались # assets, файлы поставки и tools/surface_counts.py) и на литерале «54 # operations», устаревшем после этапа 10. Проверка, которую никто не # запускает, — это проверка, которая врёт о состоянии проекта. "test_documented_numbers.py", # Этап 8: доказательность графа. Набор герметичен (песочный корпус в %TEMP%, # векторы выключены) и проверяет ровно то, ради чего этап затевался: вывод # не должен выглядеть фактом НИ В ОДНОМ ответе. "test_edge_evidence.py", # Этап 10: честность графа целиком. Набор герметичен (песочный корпус в # %TEMP%, векторы и CPG выключены, 33 свойства) и проверяет то, что нельзя # увидеть чтением: ни одно ребро не ведёт в отсутствующий узел, каждая # операция со связями называет вид доказательства либо прямо говорит, что # вопрос к ней не применяется, а порог достоверности задаётся вызовом. "test_graph_honesty.py", # Этап 12, 31.10.2026: механизм чистоты текста. Набор герметичен (песочница # в %TEMP%, реальный прогон инструмента только при его наличии) и проверяет # то, чего прежняя проверка не видела: двоичный файл и UTF-16 не считаются # «грязными», CRLF функциональных расширений не меняется, записи archive/** # и копии community/** не подаются инструменту, каталог отклоняется. Причина # — измеренный вред: нормализация ломала сверку по sha256 и RFC 4180 csv. "test_text_hygiene.py", # Этап 12, 31.10.2026: переиспользование векторов. Набор герметичен (временное # хранилище в %TEMP%) и закрепляет то, что нельзя увидеть чтением: строка vec0 # не переписывается, если вектор уже посчитан, покрытие считается по chunk_id, # а не по метке ревизии, перенос вектора идёт запросом INSERT…SELECT, уборка # ревизии не удаляет векторы живых ревизий. Плюс страховка от возврата # соединения `vec_meta` с `vec_chunk` — оно стоило 16,98 с против 0,17 с. "test_vector_reuse.py", # Этап 12, находка 2: брошенная ревизия закрывается по признаку живости. # Набор герметичен (журнал в %TEMP%) и проверяет ровно то, что нельзя # проверить чтением кода: живая запись не закрывается, устаревшая — # закрывается однократно и с событием, запечатанная не трогается. "test_stale_revision.py", # Этап 13, 01.11.2026: одна сверка корпуса вместо трёх + лечение отпечатка. # Набор герметичен (временный корпус в %TEMP%) и закрепляет то, что нельзя # увидеть чтением: полная сверка даёт отпечаток без второго обхода дерева, # после доказанного равенства сумм отпечаток ЛЕЧИТСЯ (иначе дешёвый путь # умирает навсегда и каждая операция читает весь корпус), прогон, не # закрепивший ревизию, в реестр не пишется. "test_watch_single_scan.py", # Этап 13: контракт замера пользы. Проверяется не «поиск работает», а то, что # замер считает ТО ЖЕ, что продукт: материал хита из реестра форматов, микс # равен сумме, подсказка code_candidate — только при отсутствии кода в выдаче, # арифметика метрик на синтетике и отказ наборе, противоречащем корпусу. "test_usefulness_contract.py", # Этап 14: границы безопасности. Набор герметичен (хранилище и реестр в # %TEMP%) и проверяет отрицательные утверждения — их нельзя подтвердить # чтением: уровень доступа отказывает ДО обработчика, значение секрета не # уходит в list/show, каждая выдача и каждый отказ попадают в аудит. "test_secret_isolation.py", # Этап 15: установка с нуля. Состояние не пишется внутрь каталога # интерпретатора (проверяется на воспроизведённом раскладе установки), # `ensure --no-vectors` доходит до индексатора, а команды `ragraf-mcp` # и `ragraf-admin` объявлены и ведут в пакет, а не в `tools/`. "test_install_layout.py", "test_install_from_scratch.py", # Этап 15, находка из вопроса этапа 14. Набор герметичен (песочный корпус # и свой каталог состояния в %TEMP%) и закрепляет то, что нельзя увидеть # чтением: ревизия без живого слоя баз НАЗЫВАЕТ причину в своей записи. # Замер 01.11.2026: rev-1193, rev-1195, rev-1204, rev-1221 показывали # `databases items=0` без объяснения, и разбирать их пришлось вручную. "test_db_layer_visibility.py", # Этап 1 плана «Агентские интеграции» (01.11.2026): фундамент LLM-слоя. # Набор герметичен (песочный корпус и свой каталог состояния в %TEMP%, # поддельный транспорт вместо сети) и закрепляет пять утверждений, которые # нельзя проверить чтением: отказ вместо пустого ответа, устойчивый # отпечаток, отсутствие второго платного вызова, факт без упоминания # отвергается, ключ не попадает ни в ответ, ни в файл настроек. "test_docgraph_foundation.py", # Этап 2 (01.11.2026): извлечение фактов из документов. Набор герметичен # (песочный корпус и свой каталог состояния в %TEMP%, поддельный транспорт # вместо сети) и закрепляет то, что нельзя увидеть чтением: повторный прогон # не делает ни одного платного вызова и оставляет слой побайтово тем же, # цитата вне чанка отвергается кодом, смена версии промпта инвалидирует кэш, # отказ провайдера на середине не оставляет полузаписанного слоя. "test_docgraph_extract.py", # Этап 3 (01.11.2026): две операции чтения документного графа и гейт изданий. # Набор закрепляет то, чего не видно чтением: у каждого факта в ответе есть # адрес (у пары документов — с обеих сторон), факт без адреса считается в # rejected_no_citation, а не теряется молча; под Community обе операции # отвечают EditionRefusal с названием издания, под разрешённой возможностью — # исполняются; depth/limit вне диапазона дают код ошибки вызова; набор # инструментов MCP, их описания и обработчики совпадают; проход извлечения # закрыт той же возможностью, что и чтение. "test_docgraph_ops.py", # Этап 3.1 (01.11.2026): числа навыка сверяются с кодом. Набор появился из # измеренного дефекта: навык заявлял «39 операций / 41 инструмент» при 64 и 71, # а правило чисел в check_skill_variants.py применялось только к копиям файлов # с режимом declared — файлы identical сравнивались лишь побайтово, и копии # сходились в неверном числе. Плюс шаблон не видел формы «проверок». # Набор работает на песочнице (--root) и подсадками доказывает оба случая. "test_skill_numbers.py", # Этап 4 (01.11.2026): dual-level поиск — `mode` у `search`, уровень «тема» из # документного графа. Набор закрепляет то, чего не видно чтением: `auto` # остаётся прежним поведением (те же хиты, те же оценки), уровень «тема» только # ДОБАВЛЯЕТ хиты с адресами и не переставляет лексические, ключи запроса # кэшируются (второй запрос не платит), а деградация названа полем `degraded` с # причиной: нет модели, нет слоя, нет издания, темы не собраны. "test_docgraph_search.py", # Этап 5 (02.11.2026): темы и карта документного графа. Набор герметичен # (песочный корпус, свой каталог состояния, поддельные провайдеры) и закрепляет # то, чего не видно чтением: theme_id вычислим и стабилен, у каждого участника # адрес, сводка без цитат не выдаётся и не пишется, «тем нет» отличается от # «слой не собран», а обе операции закрыты возможностью doc-graph. "test_docgraph_themes.py", # HARNESS 44.7.0 (02.11.2026): поддержка моста хуков. # Набор закрепляет три измеренных дефекта: команда хука начиналась с кавычки # (PowerShell: ParserError, код 1), вывод падал UnicodeEncodeError на cp1252 # (и fail-open сообщал «вызов разрешён»), а DEFAULT_MODE расходился с ядром. # Плюс то, что нельзя увидеть чтением: моста и протокола нет в сборке, установка # идёт командой клиента и требует хранилища pnpm профиля. "test_harness_bridge.py", # Интеграция Claude Code (02.11.2026): установка, идемпотентность, откат, хуки. # Набор герметичен (свой каталог настроек в %TEMP%, `--home`) и закрепляет то, # чего не видно чтением: второй запуск не меняет файл продукта и не плодит # копии, чужие хуки и правила остаются целыми, откат снимает только наше, # `SessionStart` отвечает по протоколу клиента, метка задачи ставится первым # запросом и не меняется вторым. Подсадки (пропало событие, снята # дедупликация, раздел дописывается всегда) обязаны давать отклонение. "test_claude_code_integration.py", # Реестр и граф: три набора, закрывающие класс «ревизия есть, записи нет». # До этого они не входили ни в одну группу, то есть существовали, но не # запускались: `test_registry_counts` (числа из запечатанной ревизии), # `test_parallel_index` (два прогона одного и разных корпусов) и # `test_registry_owner` (замер 06.11.2026: rev-1442/1443/1446/1448/1449 # закреплены в графе, а в реестре нет — сторож с отведённым каталогом # состояния пересобирал ЖИВОЙ корпус). Наборы герметичны: корпус и оба # реестра в %TEMP%, векторы выключены. "test_registry_counts.py", "test_parallel_index.py", "test_registry_owner.py", # Замки (06.11.2026): захват атомарный, возраст не отбирает живой замок, # брошенные снимаются, чужой замок не снимается. Набор герметичен (свой # каталог состояния в %TEMP%) и запускает два процесса на гонку. "test_locks.py", # Старый код в живом процессе (06.11.2026): отпечаток сборки покрывает # пакет целиком, и расхождение с диском называется в ответе. "test_code_drift.py", ] #: Нужны другие корпуса на этой машине (путь и наличие — не наша зона). EXTERNAL = [ "test_css_layer.py", "test_class_usage.py", "test_report_facts.py", "test_dedupe_effect.py", "test_rdpmon_ops.py", "test_sagaai_catalog.py", "test_sagaai_function.py", "test_sagaai_instruction.py", "test_sagaai_page_loads.py", "test_sagaai_skill.py", "test_task_stats_sagaai.py", "test_watch_live.py", "test_agents_prompt.py", "test_excludes_prompt.py", "test_dangerous_fix_final.py", "test_new_langs_indexed.py", "test_slash_ragraf.py", "test_fixes_package.py", ] #: Нужен запущенный сервис, внешний процесс или устройство. SERVICE = [ "check_admin_agents.py", "check_admin_dedupe.py", "test_gpu_backend.py", "test_gpu_settings.py", "test_gpu_threshold.py", "test_joern_names.py", "test_joern_server.py", "test_joern_speed.py", "test_server_reuse.py", "test_server_settings.py", "test_server_speed.py", "test_agent_stats_live.py", "test_cpg_carry.py", "test_sagaai_child_output_encoding.py", ] def discover() -> list[str]: return sorted(p.name for p in (ROOT / "tests").glob("*.py")) def group_of(name: str) -> str: if name in CORE: return "core" if name in EXTERNAL: return "external" if name in SERVICE: return "service" return "other" #: Файлы живого состояния, за которыми следит раннер: прогон проверок не #: должен менять состояние, на котором сам же и проверяет (этап 7). LIVE_STATE = ("settings.json", "catalog.json", "registry_history.jsonl", "sources.json", "access_tokens.json", "db_access.json", # Лицензия копируется вместе с реестром: без неё набор видит # Community и Pro-операции отказывают, хотя в дереве разработчика # они разрешены. Тогда «набор упал» означало бы «нет лицензии в # песочнице», а не дефект кода. Замер 09.11.2026 (X7): # test_provenance краснел только под раннером. "edition.license", "edition.license.sig") #: Что в файле живого состояния СОДЕРЖАТЕЛЬНО, без подвижных отметок времени. #: `Catalog.save()` двигает `updated_at` при каждом сохранении — в том числе #: когда сохраняет ДРУГОЙ процесс (индексируется другой корпус, отвечает #: долгоживущий MCP-сервер на том же реестре). Замер 31.10.2026: два прогона #: подряд назвали разных виновников (`test_mcp_compat`, `test_doc_layer_archive`), #: а поодиночке ни один из них живой реестр не трогал. Обвинять набор за чужую #: запись — ложная улика: сторож должен называть смену СОСТАВА (появилась #: тестовая разработка, изменился признак индексации), а сдвиг даты называть #: отдельно и не валить прогон. VOLATILE_KEYS = ("updated_at",) def live_state_semantics(path: Path) -> str | None: """Содержательная часть файла состояния: без подвижных отметок времени. У реестра разработок сравнивается СОСТАВ (имена записей), а не подробности каждой: чужой процесс, переиндексировавший свой корпус, законно меняет `rev_id`, `indexed_at` и `runs` — и это не дело набора. Что набором действительно считается нарушением — появление или исчезновение разработки (например, тестовой пробы) в живом реестре. """ import hashlib import json try: data = json.loads(path.read_text(encoding="utf-8")) except (OSError, ValueError): return None if isinstance(data, dict): for key in VOLATILE_KEYS: data.pop(key, None) entries = data.get("entries") if isinstance(entries, dict): # Только имена: подробности записи двигает тот, кто её индексирует. data["entries"] = sorted(entries) return hashlib.sha256(json.dumps(data, sort_keys=True, ensure_ascii=False) .encode("utf-8")).hexdigest() def live_state_digest() -> dict[str, str]: """Контрольные суммы живого `catalog/`: снимок до и после каждого набора.""" import hashlib base = ROOT / "catalog" out: dict[str, str] = {} for name in LIVE_STATE: path = base / name if path.exists(): out[name] = hashlib.sha256(path.read_bytes()).hexdigest() return out def live_state_semantic_digest() -> dict[str, str]: """Содержательные отпечатки живого `catalog/`: без подвижных отметок.""" base = ROOT / "catalog" out: dict[str, str] = {} for name in LIVE_STATE: path = base / name if path.exists(): value = live_state_semantics(path) if value is not None: out[name] = value return out def suite_state_dir(name: str) -> Path: """Каталог состояния ОДНОГО набора: копия реестра, а не живой файл. Замер 30.10.2026: одиннадцать наборов из пятидесяти четырёх писали в живой `catalog/` — через CLI, MCP-сервер и админ-панель, которые наследуют окружение процесса. Поэтому раннер даёт каждому набору свой каталог состояния: содержимое живого реестра копируется туда (набор видит те же разработки), а записи уходят в копию и убираются вместе с ней. """ import tempfile base = Path(tempfile.mkdtemp(prefix=f"ragraf-state-{name.replace('.py', '')}-")) live = ROOT / "catalog" for fname in LIVE_STATE: source = live / fname if source.exists(): try: shutil.copy2(source, base / fname) except OSError: pass return base #: Наборы, которым общего предела мало (см. `run_one`). Замер 01.11.2026: #: test_cli_ops_dispatch — 27 проверок за ≈540 с при общем пределе 300 с, то есть #: исправный набор получал вердикт «провалено». SLOW_TIMEOUTS: dict[str, int] = {"test_cli_ops_dispatch.py": 1200} # 1200 с (09.11.2026, X7): набор запускает CLI по каждой операции, а операций # стало 76; при пределе 900 с он упирался в предел, а не в дефект. def run_one(name: str, timeout: int) -> dict: started = time.perf_counter() # Предел для МЕДЛЕННОГО набора: он запускает четыре десятка процессов CLI, # и каждый поднимает модель эмбеддингов. Предел задаётся ИМЕНИ, а не всему # раннеру: поднять общий — значит спрятать зависание остальных наборов. timeout = SLOW_TIMEOUTS.get(name, timeout) live_before = live_state_digest() state_dir = suite_state_dir(name) env = dict(os.environ, RAGRAF_CATALOG_DIR=str(state_dir)) try: proc = subprocess.run([PYTHON, str(ROOT / "tests" / name)], cwd=str(ROOT), capture_output=True, text=True, encoding="utf-8", errors="replace", timeout=timeout, env=env) out = (proc.stdout or "") + (proc.stderr or "") code = proc.returncode timed_out = False except subprocess.TimeoutExpired as exc: out = str(exc.stdout or "") + str(exc.stderr or "") code = -1 timed_out = True seconds = time.perf_counter() - started # Пауза перед снимком: дочерний сервер набора может дописать состояние # через секунду после выхода процесса, и без паузы запись приписывалась # СЛЕДУЮЩЕМУ набору (замер 30.10.2026, второй прогон). time.sleep(2.0) live_after = live_state_digest() shutil.rmtree(state_dir, ignore_errors=True) state_left = state_dir.exists() live_changed_all = sorted(key for key in set(live_before) | set(live_after) if live_before.get(key) != live_after.get(key)) # Разделение: смена состава — провал прогона; сдвиг только отметки времени — # запись ДРУГОГО процесса, и набор за неё не отвечает. semantic_before = live_state_semantic_digest() live_changed = [key for key in live_changed_all if semantic_before.get(key) != live_state_semantic_digest().get(key)] live_touched = [key for key in live_changed_all if key not in live_changed] match = re.search(r"пройдено[:\s]+(\d+)[^\n]*?провалено[:\s]+(\d+)", out) passed = int(match.group(1)) if match else 0 failed = int(match.group(2)) if match else 0 tail = [ln.strip() for ln in out.strip().splitlines() if ln.strip()] return { "name": name, "exit": code, "seconds": round(seconds, 2), "timed_out": timed_out, "passed": passed, "failed": failed, "summary": tail[-1][:100] if tail else "", "live_changed": live_changed, # Файлы, у которых сдвинулась только отметка времени: набор их не менял. "live_touched": live_touched, "state_left": state_left, # Хвост вывода нужен только при провале: без него причина остаётся # внутри захваченного вывода, и разбор начинается с догадок # (замер 30.10.2026: провал test_ensure 3/17 при одиночном 17/0). "tail_output": "\n".join((out or "").splitlines()[-40:]), } def take_sandbox_snapshot() -> set[str]: """Имена каталогов `ragraf*` во временном каталоге — до прогона.""" temp = os.environ.get("TEMP") or os.environ.get("TMP") or "" root = Path(temp) if not temp or not root.is_dir(): return set() try: return {item.name for item in root.iterdir() if item.is_dir() and item.name.startswith("ragraf")} except OSError: return set() def drop_new_sandboxes(before: set[str], *, keep: bool) -> tuple[int, int]: """Убрать каталоги, появившиеся за прогон. Возвращает (удалено, осталось неубранных). Удаляется только НОВОЕ и только с префиксом `ragraf`: каталог, который был до прогона, не трогается ни при каких условиях — иначе раннер убирал бы чужие песочницы, снятые для разбора вручную. """ temp = os.environ.get("TEMP") or os.environ.get("TMP") or "" root = Path(temp) if not temp or not root.is_dir(): return 0, 0 appeared = [] try: for item in root.iterdir(): if not item.is_dir() or not item.name.startswith("ragraf"): continue if item.name in before: continue appeared.append(item) except OSError: return 0, 0 if keep: return 0, len(appeared) removed = 0 for item in appeared: shutil.rmtree(item, ignore_errors=True) if not item.exists(): removed += 1 return removed, len(appeared) - removed def main() -> int: parser = argparse.ArgumentParser(description="Раннер проверок RAGRAF") parser.add_argument("--group", default="core", choices=["core", "external", "service", "all"], help="какие проверки запускать (по умолчанию ядро)") parser.add_argument("--timeout", type=int, default=300, help="предел на одну проверку, секунд") parser.add_argument("--keep-sandboxes", action="store_true", help="не убирать временные каталоги, созданные прогоном") parser.add_argument("--list", action="store_true", help="показать состав групп и не запускать") args = parser.parse_args() found = discover() if args.list: for group in ("core", "external", "service", "other"): names = [n for n in found if group_of(n) == group] print(f"{group}: {len(names)}") for name in names: print(f" {name}") unknown = [n for n in found if group_of(n) == "other"] if unknown: print("\nВНЕ ГРУПП (укажите группу в раннере):") for name in unknown: print(f" {name}") return 0 if args.group == "all": selected = found else: selected = [n for n in found if group_of(n) == args.group] if not selected: print(f"проверок в группе {args.group} не найдено") return 1 print(f"группа: {args.group} | проверок: {len(selected)} | предел на " f"проверку: {args.timeout} с") # Снимок песочниц ДО прогона: наборы создают каталоги во временном хранилище, и не все # убирают их сами (замер 29.10.2026: 3838 каталогов на 17,7 ГБ, из них `ragraf-arch-*` # — по 16 за три часа). Убирается только появившееся за прогон. sandboxes_before = take_sandbox_snapshot() results = [] started = time.perf_counter() for name in selected: result = run_one(name, args.timeout) results.append(result) if result["timed_out"]: flag = "ПРЕДЕЛ" elif result["exit"] == 0: flag = "ok" else: flag = f"ПРОВАЛ({result['exit']})" print(f" {flag:12} {name:42} {result['seconds']:7.1f} с " f"{result['passed']} пройдено, {result['failed']} провалено", flush=True) if result.get("live_changed"): # Живое состояние изменилось за набор: это находка, а не мелочь — # следующий прогон начнётся с другого состояния (этап 7). print(" | живое состояние изменено: " + ", ".join(result["live_changed"])) if result.get("live_touched"): # Сдвинулась ТОЛЬКО отметка времени. `Catalog.save()` двигает её при # любом сохранении, в том числе от чужого процесса на том же реестре # (долгоживущий MCP-сервер). Набору это не приписывается. print(" | отметка времени обновлена другим процессом: " + ", ".join(result["live_touched"])) if result["exit"] != 0: # Хвост вывода провалившегося набора: без него причина не видна. for line in (result.get("tail_output") or "").splitlines(): print(f" | {line[:160]}") total_seconds = time.perf_counter() - started dropped, left = drop_new_sandboxes(sandboxes_before, keep=bool(getattr(args, "keep_sandboxes", False))) if dropped or left: print(f"песочниц убрано: {dropped}" + (f", осталось: {left}" if left else "")) ok = [r for r in results if r["exit"] == 0] bad = [r for r in results if r["exit"] != 0] checks_passed = sum(r["passed"] for r in results) checks_failed = sum(r["failed"] for r in results) print() print("=" * 78) print(f"ИТОГ: файлов {len(results)}, прошло {len(ok)}, провалено {len(bad)} | " f"проверок {checks_passed} пройдено, {checks_failed} провалено | " f"{total_seconds:.1f} с") for result in bad: note = result["summary"] or ("предел времени" if result["timed_out"] else "") print(f" ПРОВАЛ: {result['name']}: {note}") stale_states = [r["name"] for r in results if r.get("state_left")] if stale_states: print(f"каталоги состояния не убраны ({len(stale_states)}): " + ", ".join(stale_states)) writers = [r for r in results if r.get("live_changed")] if writers: print(f"ЖИВОЕ СОСТОЯНИЕ ИЗМЕНЕНО наборами ({len(writers)}): " + "; ".join(f"{r['name']} [{', '.join(r['live_changed'])}]" for r in writers)) else: touched = [r["name"] for r in results if r.get("live_touched")] if touched: print("живое состояние: состав не изменён; отметку времени двигал " f"другой процесс ({len(touched)} набор(ов) в окне: " + ", ".join(touched) + ")") else: print("живое состояние: ни один набор не изменил catalog/*") print("Строка для отчёта: " f"проверок {len(results)}: пройдено {len(ok)}, провалено {len(bad)}") print("Полный вердикт = этот раннер + " "tools/Invoke-ProjectDoctrine.ps1 (конвенции исходников)") print("=" * 78) return 0 if not bad and not writers else 1 if __name__ == "__main__": raise SystemExit(main())